четверг, 1 февраля 2018 г.

Александр Бушков, «Стервятник»


«Он был на седьмом небе, — сражался за свое будущее! Лепил его собственными руками, ни перед кем не унижаясь, ни о кого не завися. Исполнился безмерного уважения к себе, смелому рыцарю, господствующему над трусливой, потеющей от страха толпой»©



При прочтении «Вечного зова» не могла я понять, где еще слышала это название, — Шантара, Шантарск... Ну явно же где-то я про это читала или слышала, то есть там, и помимо братьев Савельевых и прочих героев жили какие-то еще известные личности, происходили какие-то значимые события!

И вспомнила, — есть такой писатель Бушков, и его герои именно там и жили! И об их жизни я тоже малость почитывала, но давно, в перестроечные, видимо, годы, когда такие книжки были в большом фаворе. Читать-то читала, но благополучно забыла, потому что запоминать там особо и нечего. Пока читаешь — вроде интересно, интригует, но вспомнить совершенно нечего. Особенно если несколько подобных книжек прочтешь подряд, — бегают, стреляют, трахаются, вот и весь сюжет! Но «Стервятник» почему-то запомнился.

Это такая современная вариация на тему «тварь я дрожащая или право имею». Чтобы никто не усомнился, героя зовут Родион Раскатников, а потом у него появляется и подруга Соня, «живущая по желтому билету». Но был герой, конечно, не студентом, а вполне себе отцом семейства, живущим на иждивении у жены. И началось его «восхождение-падение» вовсе не со старушки, а со знакомства с молодой и красивой женщиной.

И дальше пошло по нарастающей, сюжет все закручивается, интрига крепнет... хотя предыдущее описание того, как интеллигентный человек превращается в ничтожество, было интереснее, — это такой исторический момент, многим, пережившим так или иначе те времена понятный. А потом у ничтожества появляется пистолет, а все человеческое из него постепенно уходит, так же, как исчезает и все его окружение. Не без его помощи, кстати.

Сознаюсь — читать это было интересно, даже не смотря на обилие пошлости. Но там и обилие эдаких сцен выглядит как-то естественно (мы матом не ругаемся, мы матом разговариваем). Гораздо более тошнотворными, чем описания бесконечных половых актов, мне показались «исторические отступления» — экскурсы в прошлое славного города Шантарска, неразрывно связанные с упившимися сначала комиссарами, а потом советскими деятелями. Впрочем, и «декабрист» один был. А концовка понравилась, может, и правда все происходящее было коматозным бредом?

И немного обидно... Вот, значит, какие люди живут теперь на берегах Шантары, обжитых и обогретых любимыми людьми, — героями повестей Анатолия Иванова!

Комментариев нет:

Отправить комментарий